sidorenko_vl (sidorenko_vl) wrote,
sidorenko_vl
sidorenko_vl

Category:

Оценка эскадренных миноносцев 1-го класса Японского Императорского Флота

Это сравнение я сделал когда-то уже давно по личной просьбе одного человека ещё на «старой Цусиме» и нигде, за исключением одного малоизвестного форума, не выкладывал.

Это исправленная и значительно дополненная версия.

Для проведения оценки я взял три типа японских эскадренных миноносцев 1-го класса – «Асасио» (базовый проект № F-48), «Кагэро» (базовый проект № F-49) и «Югумо» (базовый проект № F-50) [1].

«Договорные» эсминцы (типы «Хацухару» и «Сирацую») являлись вынужденной мерой и самими японцами считались неудачными (особенно первый). Хотя на этих корабля и были отработаны многие технические решения, использованные на последующих типах эскадренных миноносцев, сами эти проекты имели явно выраженный компромиссный характер.

Эсминцы «специального» типа («Фубуки») были первым опытом создания торпедно-артиллерийского корабля нового типа, и к началу войны за Великую Восточную Азию, уже не полностью удовлетворяли командование японского военно-морского флота. Поэтому эти три типа из рассмотрения исключены.

Три выбранных типа эсминцев имеют очень близкие тактико-технические характеристики (ТТХ) обеспеченные одинаковым тактико-техническим заданием (ТТЗ) на проектирование и одинаковыми принципами проектирования и представляют собой одну непрерывную линию развития.

Для сравнения с японскими кораблями я подобрал иностранные эсминцы, по возможности, одинаковые по годам закладки головных кораблей типов. Из рассмотрения исключены американские и советские лидеры, британские «трайблы», германские «нарвики», итальянские «навигатори» и французские «контрминоносцы». В советской традиции эти корабли, зачастую, относят к «лидерам эсминцев» (хотя это и не во всех случаях соответствует национальным классификациям). Класс эсминцев более многообразен, чем класс «вашингтонских» крейсеров и все вышеперечисленные корабли являются в той или иной степени «отклонениями от нормы» даже в собственных флотах (за исключением французского флота, где контрминоносцы являлись равноправной ветвью развития лёгких сил). Известная история их проектирования показывает, что эти корабли замышлялись, как своего рода «микрокрейсера» и сравнение с ними «нормальных» японских эсминцев я считаю не вполне корректным.

Традиционно эскадренные миноносцы считаются наиболее универсальными военными кораблями. Но основной задачей, определяющей само существование этого класса кораблей, вплоть до самого конца Второй Мировой войны, считались торпедные атаки. Второй по важности задачей определялась защита своих тяжёлых кораблей от вражеских эсминцев и подводных лодок.

У А.В. Платонова в книге «Советские миноносцы» предложена методика сравнительной оценки эскадренных миноносцев по отношению к типовым задачам: торпедная атака надводной цели, артиллерийский бой с надводным кораблём, боевая устойчивость от ударов с воздуха, способность осуществлять противовоздушную оборону (ПВО) охраняемых кораблей и судов, поиск и уничтожение подводной лодки, постановка активных минных заграждений, поражение береговых целей. Вот в соответствии с этой методикой я и решил произвести оценку японских эсминцев, дополнив её такими параметрами, как мореходность, автономность, живучесть. Также кратко рассмотрим сравнительную величину и стоимость кораблей, обитаемость, эксплуатационную надёжность и направления модернизаций военного времени.

В соответствии с предложенным параметрам:

1а. Для торпедных атак японские эсминцы приспособлены превосходно. Очень мощное и рационально спроектированное торпедное вооружение обеспечивалось отличными приборами управления торпедной стрельбой и средствами зрительного (позднее и радиотехнического) наблюдения.

1б. Для боя с лёгкими силами, включая себе подобных, японские эсминцы также подходят очень хорошо, т.к. имеют сильное артиллерийское вооружение, обеспеченное системой управления огнём, немногим худшей, чем на крейсерах.

1в, г. Для отражения атак авиации, на начало Второй мировой войны, японские корабли были приспособлены, возможно, лучше всех своих современников. Зенитные возможности главного калибра (ГК) уступали только американским эсминцам и значительно превосходили все остальные. Но зато американские корабли, вплоть до начала Второй мировой войны не имели автоматических пушек и вынуждены были обходиться только крупнокалиберными пулемётами.

1д. Для эскортной службы японские эсминцы были приспособлены не хуже своих иностранных современников, но японская доктрина вообще не предусматривала противолодочную оборону (ПЛО) своих коммуникаций эсминцами 1-го класса. Эта задача возлагалась на эсминцы 2-го класса, миноносцы, патрульные и сторожевые корабли и морские охотники, а эсминцы 1-го класса должны были осуществлять ПЛО только соединений боевых кораблей.

1е. Постановка минных заграждений никогда не считалась в японском флоте приоритетной задачей (в отличие от, например, германского и, особенно, русского/советского). Активные минные постановки у берегов США с надводных кораблей попросту невозможны, а для оборонительных, у своих берегов, японский флот располагал достаточным числом минных заградителей специальной постройки. В силу указанных обстоятельств минного вооружения японские эсминцы не имели. Можно отметить, что точно такой же подход к минному вооружению эсминцев был и в американском флоте.

1ж. Эту задачу, при надлежащей подготовке, способен решать любой артиллерийский корабль, в пределах огневых возможностей своих артиллерийских комплексов. Опять же, именно в советском флоте её возвели в культ, но, я полагаю, только в силу того, что кроме как огневой поддержкой сухопутных войск при обороне приморских городов, во время Великой Отечественной войны, кораблям нашего флота похвастаться на поприще морской войны особенно нечем.

Рассмотрим вооружение японских эсминцев подробнее.

Вооружение этих трёх серий кораблей было стандартизировано, незначительно различаясь моделями артиллерийских установок главного калибра и приборами управления артиллерийским огнём.

Главный калибр составляли шесть 12,7-см 50-калиберных орудий тип 3-го года в трёх палубно-башенных установках [2]. По количеству стволов ГК японские эсминцы превосходили большинство эскадренных миноносцев других стран. Собственно орудие имело высокую начальную скорость снаряда, большую дальность стрельбы и хорошую меткость. Необходимо отметить, что орудие имело раздельное заряжание, что в теории несколько снижало скорострельность и огневую производительность. Однако это снижение скорострельности было вовсе незначительным. 12,7-см орудие тип 3-го года имело практическую скорострельность до 10 выстр./мин.

Для сравнения, стандартные британские 120-мм орудия эсминцев QF Mark IX и QF Mark XII в одно и двухорудийных палубных установках имели скорострельность 10-12 выстр./мин, притом, что имели раздельно-гильзовое заряжание. На орудиях следующей модели – QF Mark XI скорострельность составила 6-10 выстр./мин.

120-мм орудия итальянских эсминцев, также имевших раздельно-гильзовое заряжание, имели скорострельность 6-7 выстр./мин.

Собственно сам по себе тип заряжания – раздельное, раздельно-гильзовое или унитарное – не является, безусловно определяющим фактором для скорострельности. Это видно на примере французских 130-мм орудий модели 1935 г. устанавливавшихся на ЭМ типа «Le Hardi». Эти орудия имели унитарное заряжание (теоретически – самое быстрое), что им, однако, совершенно не помогло, а скорее навредило. Даже в теории они имели скорострельность всего 14-15 выстр./мин., ну а на практике унитарный выстрел оказался слишком тяжёлым для нормальной работы механизмов подачи и досылки. В итоге эти французские артустановки оказались технически крайне ненадёжными, и фактически – непригодными к боевому применению [3].

Германские 128-мм орудия SK C/34 проектировались на достижение скорострельности 18-20 выстр./мин, практическая составляла 15-18 выстр./мин, но могла сильно снижаться в плохих погодных условиях («As these were open mounts, bad weather or Arctic conditions could greatly reduce the ROF» – привет открытым установкам [4]).

Наконец американское 127-мм орудие Mk12 имело скорострельность 15 выстр./мин. [5], но зато уступало японским орудиям по баллистическим качествам. В дневном бою, на относительно большой дистанции американские эсминцы оказались бы в невыгодном положении, а в ночном – бóльшее значение имеет торпедное оружие.

Установка артиллерии в палубно-башенных установках существенно облегчала работу артиллерийской прислуги, особенно в плохих погодных условиях. Такое решение стало со временем в мировом кораблестроении общепризнанным и единственно возможным. Следует подчеркнуть дальновидность японских адмиралов ещё в 20-х гг. осознавших необходимость для эскадренных миноносцев закрытых артустановок.

В исторической литературе принято пренебрежительно отзываться о зенитных возможностях артустановок японских эсминцев, подчёркивая их недостаточный угол возвышения и низкие скорости горизонтальной наводки. Как доказательство приводится тот факт, что в ходе войны с кораблей снималась одна башня главного калибра, на месте которой устанавливались дополнительные зенитные автоматы. Для сравнения американцы и американофилы с удовольствием приводят американское 127-мм 38-калиберное орудие Mk12, с его «великолепными» характеристиками, но при этом «в упор» не видят того факта, что с американских эсминцев довоенной постройки ТОЧНО ТАК ЖЕ снималось одно 127/38 орудие главного калибра, взамен которого устанавливались малокалиберная зенитная артиллерия (МЗА) [6]. Спрашивается, а в чём тогда разница? Но ответа на этот вопрос американцы и американофилы, разумеется, не дают. Правда же состоит в том, что для отражения атаки пикирующего бомбардировщика/штурмовика зенитные автоматы более эффективны, чем среднекалиберная зенитная артиллерия, которая больше подходит для стрельбы на дальние дистанции. А поскольку водоизмещение эсминцев довоенной постройки не позволяло установить много дополнительных стволов МЗА, то и пришлось жертвовать орудиями ГК. Этого избежали эсминцы типов «Fletcher» и «Allen M.Samner», но это были очень крупные для своего класса корабли, имевшие резерв водоизмещения для довооружения. Точно так же эсминцы типа «Акидзуки» и эсминец «Симакадзэ» довооружили 25-мм автоматами без ущерба для главного калибра.

Интересно так же проследить за оценкой в исторической литературе значения углов возвышения орудий.

«Рабочие чертежи и спецификации типа «E» были представлены Совету Адмиралтейства в феврале 1932 года. Уже после их утверждения разгорелся спор в отношении состава зенитного вооружения новых эсминцев. … В конечном счёте, Адмиралтейство приняло «соломоново решение» – от 76-мм зенитной пушки отказались, одновременно постановив переработать проект с целью увеличения угла возвышения орудий главного калибра с 30° до 40°». (с) «Британские эсминцы в бою», под редакцией М. Морозова.

«По действовавшему в то время [1934 г.] стандарту Адмиралтейства достаточно было обеспечить орудиям главного калибра угол возвышения 40° и иметь в составе боекомплекта снаряды с дистанционным взрывателем – не менее 50 на орудие» (с) С. Патянин «Эсминцы типа «ТРАЙБЛ».

«127-мм орудие использовалось в основном по надводным целям, так как предельный угол возвышения составлял только 30°. Однако немцы не исключали возможности использования их по воздушным целям для создания дальней завесы…» (с) «Артиллерийское вооружение германских эскадренных миноносцев», «Бриз» №11, 1996 г.

Вот так, «англичанам» считается достаточным иметь угол возвышения орудий 40°, «немцам» годится и 30°, а вот у «японцев» и 55° ни на что не пригодны.

Отдельно стоит упомянуть о размещении башен ГК на японских эсминцах – одна в носу, две в корме. Такое размещение способствует снижению высоты силуэта эсминца, и как следствие, снижению его визуальной заметности, особенно, в ночное время. После японцев к такому же конструкторскому решению пришли и французские кораблестроители, выбирая схему размещения артустановок ГК для своих новых эсминцев типа «Le Hardi» [7]. Разумеется, по мере развития радиотехнических средств освещения надводной обстановки, и насыщения ими кораблей воюющих флотов, ценность малозаметного силуэта существенно снизилась. Однако, как минимум, в первую половину Второй мировой войны на море малая визуальная заметность кораблей играла большую роль [8].

В связи с этим, следует также отметить, что японские кораблестроители, в отличие от кораблестроителей всех прочих ведущих военно-морских держав, не испытывали метаний с выбором комплекса вооружения своих эскадренных миноносцев. Определив ещё в середине 20-х гг. наиболее оптимальный комплекс артиллерийско-торпедного вооружения «флотского» эскадренного миноносца, и схему его размещения на корабле, японские кораблестроители затем методично воспроизводили его на новых проектах, лишь внося необходимые усовершенствования.

Характеристики системы управления артиллерийским огнём (СУАО), по самой скромной оценке, ничем не уступали СУАО эсминцев других стран. Качество системы было очень хорошим, т.к. визир центральной наводки (ВЦН) был того же базового типа, что и на линкорах и тяжёлых крейсерах японского флота.

Дублирование СУАО было сведено к минимуму. Один командно-дальномерный пост (КДП) с ВЦН и главным дальномером, один резервный дальномер (в обычных условиях предназначенный для выдачи дистанции на комплекс приборов управления торпедной стрельбой) и один счётно-решающий прибор. Такой минимум, в общем, соответствовал мировой практике, только на немногих крупных лидерах (например, типов «Porter» и «Somers») предусматривалось полное дублирование систем УАО, но и на них при модернизациях кормовые посты были ликвидированы.

Своеобразное исключение из этой практики составляли советские лидеры и эсминцы, имевшие отдельный зенитный калибр (мы, как обычно, пошли своим путём). В силу этого, для обеспечения его огня, на них предусматривалась установка отдельной системы управления артиллерийским зенитным огнём (СУАЗО). Однако, установленная на лидерах пр.1 «вспомогательная централь» итальянского производства оказалась непригодной к боевому применению, а из восемнадцати эсминцев пр. 7у только семь кораблей фактически получили предусмотренную проектом СУАЗО «Союз», с отдельным стабилизированным визирным постом (СВП). Значительная доля пара ушла в гудок (впрочем, это тоже соответствует отечественной традиции).

Ещё одно интересное сравнение можно провести с СУАО британских эсминцев: «Система управления огнём «трайблов» состояла из директора (Director Control Tower) Mk. I и комбинированного 12-футового (3,6 м) дальномера/зенитного директора, размещавшихся на верхнем мостике на отдельных основаниях. Подобная мера применялась на всех британских эсминцах от, начиная с типа «C», что было вынужденной мерой, так как комбинированных КДП – для управления огнем как по морским, так и по воздушным целям не было в наличии, а их вес наверняка превысил бы все допустимые нормы» (с) «Суперэсминцы Черчилля», С.Патянин.

Итак, у англичан такого КДП не было. А вот у японцев – был. Командно-дальномерный пост с визиром центральной наводки тип 94 и 3-м дальномером, устанавливавшийся на эсминцы, начиная с типа «Сирацую», т.е. с 1934 гг. (а также на кораблях III группы ЭМ «специального» типа (тип «Акацуки») после модернизации) [9].

Малокалиберную зенитную артиллерию составляли четыре 25-мм автомата в двух спаренных установках. На начало войны, по количеству стволов МЗА японские эсминцы находились, примерно «посередине шкалы». Японские эсминцы явно уступали только германским эсминцам, примерно соответствовали британским и превосходили американские и итальянские корабли вооружённые на начало Второй мировой войны только крупнокалиберными пулемётами [10].

В ходе войны количество стволов МЗА было резко увеличено, это улучшило ближнюю ПВО, но учитывая количество американских самолётов – недостаточно. Однако, говоря об этой недостаточности, обязательно следует иметь в виду, что даже американские ЭМ типов «Fletcher» и «Allen M.Samner», имевшие лучшую МЗА среди всех эскадренных миноносцев периода Второй Мировой войны, далеко не всегда могли отразить атаки японских самолётов, и это несмотря на действия в районах полного господства в воздухе своей истребительной авиации.
---------------------------------------------------

[1] Следует указать, что выбранные типы эсминцев характеризуют не весь класс «эскадренных миноносцев 1-го класса» японского флота периода Второй мировой войны. В соответствии с официальной японской классификацией, отнесение эскадренных миноносцев к 1-му или 2-му классу производилось по формальному признаку – величине стандартного водоизмещения (более или менее 1000 тонн). До конца 30-х гг. такое деление было логичным и оправданным, т.к. все японские эскадренные миноносцы имели своим основным предназначением торпедные атаки вражеских кораблей. При этом эсминцы 2-го класса несли те же самые образцы артиллерийского и торпедного вооружения, что и их ровесники 1-го класса, отличаясь лишь несколько сокращённым его составом, ввиду меньшего тоннажа. В силу указанных обстоятельств, эсминцы 1-го класса того периода иногда именуются в современных японских источниках «флотскими» эсминцами.

Однако логика развития класса эскадренных миноносцев привела к появлению в японском флоте специализированных эскадренных миноносцев противовоздушной обороны, имевших резко отличный от предшествующих типов эсминцев комплекс артиллерийско-торпедного вооружения. Одновременно, желание полнее использовать потенциал «классических» эсминцев привела к появлению концепции перспективных эскадренных миноносцев с повышенной скоростью хода и усиленным торпедным вооружением. Появление специализированных подклассов привела к необходимости уточнения классификации.

Таким образом, внутри 1-го класса японских эскадренных миноносцев, полуофициально появились 3 подкласса или группы, в зависимости от основного предназначения (конструктивных особенностей):

- (Ко:, A) – к которому отнесли эскадренные миноносцы типов «Кагэро» и «Югумо», которые должны были стать «стандартными» эскадренными миноносцами флота;

- (Оцу, B) – специализированные эскадренные миноносцы противовоздушной обороны (тип «Акидзуки»);

- (Хэй, C) – перспективные эскадренные миноносцы с повышенной скоростью хода и усиленным торпедным вооружением (тип «Симакадзэ»).

В ходе Второй мировой войны появился 4-й подкласс (группа):

- (Тэй, D) – эскадренные миноносцы, предназначенные, прежде всего для эскортной службы в зонах господства вражеской авиации (типы «Мацу» и «Татибана»).

Таким образом, данная оценка будет относиться к «флотским» эскадренным миноносцам японского флота.

[2] Здесь термин «палубно-башенная артиллерийская установка» принят для обозначения артустановки имеющей полностью закрытую вращающуюся часть (боевое отделение), но не имеющей элеваторов боеприпаса проходящих внутри неподвижной части вплоть до погребов.

[3] «The Model 1935 was a SP gun used on the first eight units of the Le Hardi destroyer class. Only two of these ships, Le Hardi and Fleuret, were close to being completed before the Armistice. These two destroyers plus L'Epée were eventually completed and formed the 10th Division de Torpilleurs, but there is evidence that their armament was not fully functional. In an engagement with the British destroyer Hotspur on 25 September 1940, L'Epée fired only fourteen shots before all of her 130 mm guns developed defects and were rendered useless. In this same engagement, Fleuret did not fire a shot as her fire control equipment could not follow the target».

[4] Следует заметить, что данное замечание справедливо и для открытых одно и двухорудийных артустановок 120-мм орудий британских эсминцев. Да и для всех остальных.

[5] Для этого орудия встречается величина и 22 выстр./мин, но данная скорострельность представляется явной рекламой, как и многие другие «достижения» американцев. Во всяком случае, послевоенные наставления советского ВМФ по расчёту артиллерийских боёв использовали для орудия Mk12 величину 15 выстр./мин.

[6] С эсминцев имевших с постройки по пять орудий ГК, что оставляло их с четырьмя орудиями. Эсминцы и так имевшие с постройки четыре орудия ГК оставлять всего с тремя орудиями показалось уж совсем неприличным, поэтому для установки на них дополнительной МЗА с них снимали торпедные аппараты.

[7] «In line with the requirement for a low silhouette, hence low bridge, the gun-houses were to be disposed one forward and two aft».

[8] Можно указать, что даже флот США, в принципе, наиболее насыщенный в ходе войны радиотехническим вооружением, регулярно обращался к задаче снижения высоты силуэта эсминца. При этом американские кораблестроители понимали, что наиболее простой и рациональный способ сделать это заключается в замене двух носовых одноорудийных артустановок одной двухорудийной, что позволит снизить высоту носовой надстройки на один уровень.

«By November [1939 г.], C&R had produced six alternative designs. All were based on the current hull design, introduced in the Sims (DD 409) class, except that the beam was increased a foot for stability in four cases (Schemes 1, 2 , 5 and 6, with, respectively, five and four single mounts, two singles and one twin aft, and one twin forward and three singles aft). Schemes 3 and 4 had one twin mount forward and, respectively, one twin and two singles aft. The twin-mount designs showed the reduction in silhouette possible, as they omitted one level of the forward deckhouse. In all six designs deck heights in the deckhouses were reduced as much as possible…».

«Almost from the completion of the Fletcher design there was agitation for a radically new destroyer, which became, by the usual indirect path, the Sumner. At first the issue was the high silhouette of the existing type, which it appeared could be reduced only by means of a twin mount. In June 1940, the Board of Inspection and Survey reported on the trials of the new Gleaves (DD 423) and

was particularly impressed with the high deck structure and top weights forward on this class. … The Board questions the stability of this vessel under adverse sea and loading conditions. … For new construction being authorized or designed, the Board is strongly of the opinion that top weight forward should be reduced as much as practicable. It is believed that this could best be brought about by substituting a twin 5-inch mount on the forecastle in lieu of the two forward single 5-inch mount, and reduction of the height of the structure by on deck height and of the main director of about 13 feet. …

The General Board, having just fought out precisely these issues, was still willing to reconsider, and asked for studies of new 2,100-ton destroyer with (i) replacement of the two forward mount by one twin, (ii) reduction of the forward superstructure by on deck height, …».

Впрочем, далее эскизных проектов («схем») дело не пошло из-за неумения отказаться от взаимоисключающих «хотелок» предъявляемых к проекту эсминца.

[9] Интересен также пассаж автора: «а их вес наверняка превысил бы все допустимые нормы».

1. Представляется, что это личная фантазия С. Патянина, в попытке найти оправдание британским кораблестроителям за этот недостаток конструкции предвоенных британских эсминцев.

Во-первых, сам факт наличия такого КДП на японских эсминцах говорит нам о том, что его вес был вполне приемлем для корабля класса «эсминец». Просто надо было уметь сделать.

Во-вторых, и сами англичане всё же смогли сделать такой КДП, который устанавливался на ЭМ типа «L» и «M» со 120-мм орудиями QF Mark XI, вступавшими в строй уже в ходе Второй мировой войны, в 1941-42 гг.

(«A combined rangefinder LA/HA director (Mk IV TP) was fitted, a new departure for British destroyers, …»).

2. К сожалению, С. Патянин недостаточно хорошо знает отечественную морскую терминологию. Он употребляет термин «директор», который в нашем флоте не используется. Для обозначения такого прибора есть термин «визир центральной наводки».

3. Также, к сожалению, С. Патянин не различает понятия «прибор» (в данном случае сам «директор») и «пост» в котором прибор может быть установлен (Director Control Tower). «Tower», это не «директор». Это вращающаяся башенка, в которой и установлен визир центральной наводки.

[10] Следует отметить, что на многих итальянских эсминцах до войны стояло по паре лицензионных 40-мм «пом-помов». Однако эти автоматы уже морально устарели, и во время войны при первой же возможности снимались и заменялись новыми 20-мм автоматами.

Также следует указать, что командование итальянского флота, в общем, понимало значение малокалиберной зенитной артиллерии и прорабатывало вопросы вооружения ею своих эсминцев. Однако отсутствие в середине 30-х гг. подходящих артсистем (отдача спаренной 37-мм установки фирмы Бреда оказалась слишком велика для корпусных конструкций эсминца) не позволила загодя вооружить эсминцы зенитными автоматами новых типов.

Tags: японские эсминцы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments